Великий Новгород

Затишье в архитектурной жизни Новгорода, наступившее с 1239 года и до конца XIII века, сменяется в начале XIV века дальнейшим расцветом новгородской культуры и зодчества. Изменения в архитектуре Новгорода конца XIII – первой половины XIV веков характеризует храм Николы на Липне (1292 г.). Фасады этой небольшой одноглавой церкви уже не имеют трехчастного членения лопатками, а новая конструктивная система перекрытия храма нашла свое отражение в его внешнем облике; стены церкви имеют трехлопастные завершения, очертания которых подчеркнуты пояском небольших декоративных полуциркульных арочек, как бы повторивших на фасадах абрис конструктивного перекрытия. Вместо обычных до того трех апсид храм Николы имеет одну пониженную апсиду. Подобные изменения упростили архитектуру храма, а найденность пропорций приобрела еще большее значение в достижении художественной выразительности памятника.

В храме Николы на Липне и других сходных с ним – Рождества в Перынском Скиту (конец XII -начало XIII века), Спаса на Ковалеве (1345 г.), Успения на Волотовом поле (1352 г.), Михаила на Сковородке (1355 г.) – зодчие достигают высокого совершенства, большой силы художественного воздействия. Новый, отличный от прежней плинфы, материал стен – грубо отесанная волховская плита – фактурой и цветом усиливает своеобразие этих памятников; своей новизной они предваряли появление типа новгородского храма, знаменовавшего расцвет монументальной архитектуры древнего города.

Первым по времени и одним из совершенных памятников периода расцвета является церковь Федора Стратилата (1360-1361 гг.) на Ручью. Одноглавый четырехстолпный храм отличается художественной законченностью, соразмерностью архитектурного объема и фасадов. Плоскости стен расчленены лопатками, а завершаются фасады храма многолопастной “ползучей” аркой, абрис которой образует великолепную своей декоративностью плавную кривую; ее музыкальный ритм, словно навеянный волшебными аккордами древних новгородских гуслей, легко обегает все фасады храма, придавая им художественную целостность.

В храме Федора Стратилата, может быть, впервые в новгородском культовом зодчестве появляются скупые декоративные элементы фасадов: барабан главы, апсиды, украшенные поясками из впадинок различной формы, тонкими вертикальными тягами; эти скромные украшения подчеркивают своим расположением конструктивную логичность композиции фасадов.

Росписи стен храма Федора Стратилата на Ручью исполнены в 60-х-70-х годах XIV века; подчеркнуто живописная манера письма, смелые композиционные построения, общая монохромная, теплых тонов, цветовая гамма фресок знаменуют новое стилевое направление в монументальной живописи Новгорода и во многом предваряет росписи церкви Спаса на Ильине улице, исполненные знаменитым Феофаном Греком.

Композиция храма Федора Стратилата особенно полюбилась новгородцам, ибо тип такого храма, как бы сконцентрировавшего в себе достижения зодчества предшествующего времени, стал классическим; в Новгороде в XIV веке возводится целый ряд подобных храмов: Спаса на Ильине улице (1374 г.), Рождества на кладбище (1381-1382 гг.), Иоанна Богослова в Радоковицах (1384 г.), Дмитрия Солунского на Московской улице (1383 г.), Покрова в Зверином монастыре (1399 г.) и др. Среди них выделяется огромный и величественный храм Спаса на Ильине улице, покрытый на восемь скатов и первоначально имевший, вероятно, посводное покрытие, сходное с покрытием храма Федора Стратилата. Отличительной особенностью церкви Спаса можно считать богатое декоративное убранство ее фасадов – она наиболее нарядна среди храмов новгородской школы. Однако легкие и изящные детали ее фасадов – впадинки “бегунцы”, “бровки”, причудливой формы кресты – не скрывают, а лишь усиливают выразительность мощного, великолепно скомпонованного колоссального объема храма.

Росписи храма Спаса исполнены Феофаном Греком и даже на фоне высокого общего уровня древней новгородской живописи занимают исключительное место. Фрески выполнены в скупой цветовой гамме преимущественно красновато-коричневых тонов; фигуры и лица написаны в энергичной, смелой манере, они почти эскизны по исполнению, но в то же время полны высшего совершенства и законченности. Особая, присущая ликам, изображенных Феофаном Греком святых, напряженность, необычайная сила выразительности, резкие светотеневые контрасты характеризуют это одно из лучших произведений гениального художника средневековья.

С конца XIV века в Новгороде все более начинают сказываться крупные явления общерусской жизни: возвышение Москвы, победа войск Дмитрия Донского над ордами Мамая на Куликовом поле. Обособленность Новгорода, его стремление к самостоятельности в условиях активного процесса сложения русского национального государства становились консервативными и не могли не отразиться на художественной жизни города. Для зодчества Новгорода характерной становится приверженность к прежним композиционным приемам и формам, воспроизведением которых заказчики – новгородское боярство стремились создать впечатление прежнего величия новгородской республики.

Храм Петра и Павла в Кожевниках, выстроенный в 1406 году, имеет много общего с церковью Федора Стратилата на Ручью. Позднее появляется ряд аналогичных по композиции, но совсем уже миниатюрных храмов: Симеона в Зверине монастыре (1468 год), Двенадцати Апостолов ,,на Про-пастех” (1455 год) и др. Во второй половине XV века в Новгороде строятся храмы, часто подражающие по своей архитектуре новгородским церквам XII века.

От этого Периода в городе сохранилось интересное гражданское сооружение – обширный комплекс каменных зданий Владычного двора (начат строительством в 1433 году), выстроенный в Кремле повелением архиепископа Евфимия, активного сторонника независимости Новгорода. Центральным сооружением ансамбля является трехэтажное здание, в верхнем этаже которого находится квадратная в плане палата, перекрытая нервюрным сводом, опирающимся на центральный столп; здесь в последний период новгородской независимости заседал боярский “Совет господ”. Последним по времени сооружением комплекса стала башня Часозвоня (1443 г.), имевшая первоначально шатровое завершение; позднее она была перестроена в формах архитектуры XVII века.

После того, когда в 1478 году Новгород вошел в состав Московского государства, строительство временно замирает, но уже в 1484 году повелением великого князя московского начинается строительство каменных стен и башен Детинца-кремля на “старой основе”, законченных в 1490 году и сохранившихся до нашего времени. Башни Детинца, среди которых выделяются своеобразием “Ко-куй” и “Покровская”, протяженные участки мощных крепостных стен, располагаясь на берегу Волхова, великолепно сочетаются с его полноводным простором и своей суровой архитектурой придают городу особую выразительность.

В начале XVI века в городе возобновляется строительство каменных храмов, заказчиками которого зачастую выступают уже московские “гости” – купцы. Архитектура храмов приобретает иные композиционные принципы, идущие от зодчества Москвы. В новгородских памятниках XVI века наблюдается постепенное становление общерусских архитектурных принципов, которые стали господствующими в архитектуре города в XVII веке, когда новгородская архитектурная школа прекратила свое существование.

Памятниками переходного характера являются церковь Жен-мироносиц (1510 г.) и расположенный рядом с ней на дворище храм Прокопия (1529 г.), Пятиглавый храм Бориса и Глеба в Плотниках (1536 г.), близкий культовому зодчеству Москвы, равно как и церковь Сретения (1533 г.) Антониева монастыря, в убранстве фасадов которой московские архитектурные традиции прослеживаются особенно четко.

Новгород, его древнее зодчество и монументальная живопись являют собой неповторимую страницу русского искусства, полную художественной индивидуальности. Старинная пословица “Что город то норов” может стать основой в характеристике новгородского искусства: храмы Новгорода XII-XV веков, его фрески несравнимы с памятниками зодчества и живописи иных древних русских городов и тем более с памятниками других национальных архитектур. Сочетание предельной простоты с глубокой выразительностью и высокой художественностью навсегда останется яркой характеристикой великого искусства Новгорода.

Ценнейшее наследие древнего Новгорода ленинскими декретами было взято на государственную охрану как всенародное достояние, имеющее общесоюзное и мировое значение. В Новгороде до Великой Отечественной войны проводилась большая исследовательская работа по изучению драгоценных для истории мировой культуры памятников зодчества и монументальной живописи, которым фашистская оккупация нанесла невосполнимые утраты. В разрушенном городе погибли превращенные в руины храмы Спаса на Нередице с ценнейшими для истории мировой живописи фресками XII века. Успения на Болотове, Спаса на Ковалеве и другие; было расхищено уникальное убранство древнейших храмов Новгорода.

После освобождения города от оккупантов здесь развернулись невиданные по размаху восстановительные и научно-реставрационные работы, возвратившие памятникам зодчества их первоначальный облик. Памятники Новгорода восстановлены и бережно охраняются государством как сокровища тысячелетнего искусства русского народа, занимающие почетное место среди памятников общечеловеческой – мировой культуры.

В альбоме представлены памятники древнего зодчества Новгорода в репродукциях с картин художника Ю. А. Походаева. Творчество древних мастеров Новгорода явилось неиссякаемым источником, вдохновлявшим многих художников, каждый из которых по-разному воспринимает и передает на полотнах великое и глубокое искусство древних.

Ю. А. Походаев по-своему воспринял богатую палитру новгородского пейзажа, архитектурные творения и смог создать на своих полотнах своеобразный рассказ о богатейшей в нашей стране сокровищнице древнейшего русского зодчества. Художник не боится смелой цветовой передачи, остро, порой обобщенно трактует рисунок, его абрис, с целью полнее донести до зрителя богатое впечатление встречи с подлинным и высоким искусством прошлого.